Мокша

Найдено 10 определений термина МОКША

Санскр.) «Освобождение». То же, что Нирвана; посмертное

состояние покоя и блаженства «Души-Странника».

санскр.) — освобождение от круговорота рождений и смерти, синоним нирваны. Как термин М. чаще употребляется в джайнизме, чем в буддизме. Н. А. Канаева

одно из центральных понятий индийской философии и религии индуизма, высшая цель человеческих стремлений, состояние «освобождения» от бедствий эмпирического существования с его бесконечными перевоплощениями (сансара).

в древнеиндийской философии означает освобождение, спасение от бесконечного процесса перевоплощений (круг сансары). Мокша занимает высшее место среди четырех целей человеческой деятельности: наслаждения (кама), польза (артха) и долга (дхарма).

в индийской религиозно-философской традиции означает освобождение как высшую цель, преодоление сансары – колеса перерождений и совпадение я-атмана с безличным Брахманом. Освобождение связано с обретением высшего блаженства – ананды, с радостью и полным слиянием творца и творения, в результате чего они становятся неразличимы. Освобождение может быть достигнуто человеком и при жизни, когда душа, оставаясь в теле, больше не отождествляет себя с ним и не испытывает привязанности ни к чему земному. Человек выходит из-под действия закона кармы и преодолевает авидью – иллюзии эмпирического мира. Мокша связана не с уничтожением «я», а с приобретением истинного вечного «я».

или мукти (от гл. «муч» — отпускать, избавлять) — освобождение от мира страданий (сансара). М. — плод долгой и интенсивной духовной практики, направленной на полное угасание последствий кармы. Среди жизненных ценностей традиционного индийского общества М. — самая важная (см. Индуизм). М. можно понимать и как некую запредельную сферу, и как особое внутреннее состояние, возникающее при достижении этой сферы; в последнем случае М. часто характеризуется ощущением высшего блаженства (ананда). М. не поддается описанию. Существует множество путей, ведущих к М. Впервые о М. говорится в упанишадахв связи с достижением высшей реальности. Непосредственная причина обретения М. — особое духовное знание (джняна). Йога Патанджали и санкхья трактуют освобождение в смысле отъединения от материи (кайвалья). В адвгйта-веданте М. — это соединение с безличным абсолютным Брахманом. Примерно так же понимают М. неклассические формы йоги и тантризм; здесь М. достижима через трансформацию психики и телесности практикующего. В некоторых тантрических школах М. совпадает с обретением физического бессмертия в новом, «божественном » теле. Для тантризма также характерно стремление уравновесить М. и чувственный мир. М. достигается в данной жизни или по смерти. Кришнаиты выделяет в М. пять видов: 1) обретение божественного облика; 2) пребывание в том же мире, что и Бог; 3) соседство с Богом; 4) обретение могущества Бога; 5) обретение абсолютного единства с Богом. Последняя ступень М. отвергается ими, поскольку на ней невозможно служить Богу. В целом достижение М. в кришнаизме считается вторичной целью по сравнению с обретением бескорыстной чистой любви (према) к Кришне. См. также Карма, Бхакти-йога, Карма-йога, Джнянайога) Хатха-йога.

санскр.) – термин др.-инд. философии, означающий освобождение, спасение от бедствий бесконечного процесса перевоплощений (самсара). Согласно классич. традиции, М. занимает высшее место среди четырех целей человеч. деятельности, включающих в себя, кроме нее, наслаждение (кама), пользу (артха) и долг (дхарма). М. выступает как высшая цель религ. опыта и филос. познания. Представления о природе М. в различных филос. школах Древней Индии различны. Согласно адвайтаведанте, М. есть растворение индивидуального сознания (джива) в мировом сознании (брахман), после осознания им нереальности феноменального мира. Согласно вишишта-адвайте, М. есть не исчезновение «Я», а реализация его божеств. природы и осознание его связи с брахманом. В санкхье и йоге освобождение есть отделение индивидуального сознания (пурущи) от материи (пракрити). В ньяе, вайшешике, мимансе «освобождение» заключается в отделении вечного «Я» от его временных свойств. В новое время концепция М. получает своеобразное толкование в трудах Раммохан Рая, Вивекананды, Ауробиндо Гхоша, Р. Тагора, С. Радхакришнана и др. Преобладающее значение получает идеал коллективного, а не индивидуального спасения. При этом идеал М. используется идеологами инд. буржуазии для противопоставления инд. цивилизации цивилизации капиталистич. Запада, преподносится ими в качестве панацеи от пороков бурж. общества. Лит.: Чаттерджи С. Датта Д., Введение в инд. философию, . 1955, Введение; Радхакришнан С., Инд. философия, т. 1, M., 1956, гл. 1; Schomerus H. W., Indische Erl?sungslehren. Lpz., 1919; Ranade R. D., A constructive survey of upanishadic philosophy, Poona, 1926, ch. 6, 7; Chatterjee S., The fundamentals of Hinduism, Calcutta, 1950, ch. 7; Hiriyanna M., The quest after perfection, Mysore, 1952; The cultural heritage of India, v. 3, Calcutta, 1953, pt 5, [ch. ] 39, Sinha J., A history of Indian philosophy, v. 1, Calcutta, 1956, ch. 1. В. Костюченко. Москва.

санскр.- освобождение), в инд. религ.-филос. мысли освобождение как высшая цель. Понятие М. широко употребляется в индуизме и буддизме. Учение о М. формируется уже в упанишадах: преодоление индивидом зависимости от мира, вовлеченности в круг рождений и смертей достигается при условии познания тождества «Я», атмана, с чистой реальностью бытия — брахманом. «Как реки текут и исчезают в море, теряя имя и образ, так знающий, освободившись от имени и формы, восходит к божественному пуруше» («Мундака-унанишада» III 2, 8). С освобождением связано состояние высшего блаженства (ананда), радости, расширения души, ощущение полной слитности с творцом и творением, причем сами творец, творение и тварь становятся неразличимыми. Достигшие М. освобождаются от желаний, полностью постигают атман и «проникают во все»; «Я» неотделимо от бога и субъект — от объекта.

Согласно учению веданты, М. может быть достигнута и при жизни, когда душа связана с телом, но уже не зависит от него в том отношении, что она никогда не отождествляет себя с ним и не привязывается к тварному миру, хотя мир еще продолжает являться душе. Это учение об освобождении при жизни (дживанмукти) веданта разделяла наряду с санкхьей, буддизмом и джайнизмом. Как только, познав свое единство с вечным и единым брахманом, человек достигает М., он выходит изпод действия закона кармы, цепи рождений и смертей и выступает как бесконечное существо, преодолевшее авидъю и связанные с нею иллюзии. М. связана не с уничтожением «Я», а с обретением своего истинного «Я», с реализацией его бесконечности. По Шанкаре, М. настолько превосходит все категории опыта, что не поддается описанию в терминах нашего познания и. характеризуется обычно через отрицат. определения (состояние сарватмабхавы, букв. «все-я-бытие» — отсутствие к.-л. форм и качеств). Душа выходит из колеса сансары, достигает озарения, утрачивает желания и стремления (на уровне почитания сагунабрахмана, или ишвары, человек может еще стремиться к высшему миру брахмана — брахмалоке, но, достигнув М., он становится выше и этого стремления). Согласно Раманудже, М. связана с освобождением «Я» от ограничений: после исчерпания кармы и избавления от физич. тела наступает единение с богом (Рамануджа не принимает учения об освобождении при жизни). Теистич. концепция «Бхагавадгиты» связывает М. с непосредств. знанием (джняна), ведущим к соединению с высшим «Я», и дает классификацию М.: мукти — избавление; брахмистхити — бытие в брахмане; найшкармья — недействие; нистрайгунья — отсутствие трех качеств; кайвалья — освобождение через уединение; брахмабхава — бытие брахмана.

Читать еще:  Окунь под маринадом - рыбные рецепты

По учению школы ньяя М. освобождает от страданий, порабощенности страстями, но не разрушает «Я»; освобождение — не столько прекращение страданий, сколько переживание положит. наслаждения. Согласно Прабхакаре (школа миманса), М. состоит в полном исчезновении дхармы и адхармы, прекращении как страдания, так и удовольствия. Мимансе свойственно убеждение в недостаточности познания для освобождения. В целом М. является одним из ключевых понятий большинства систем инд. мысли.

санскр. moksa, от глагольного корня «тис» — оставлять, покидать, освобождаться, через дезидератив «мокш» — желать освобождения) — в индийской религиозно-философской традиции — окончательное освобождение от сансары, т. е. дурной бесконечности все новых и новых рождений. Мокша как одна из четырех целей человеческой жизни (см. Пурушартха) превосходит три остальные (артху, или материальное благополучие, каму, т. е. чувственные радости, и дхарму, или морально-религиозный закон) и тем самым отменяет их; она предполагает выход из-под власти кармы. Представление о мокше сложилось уже в Упанишадах, а затем было окончательно оформлено в философских даршанах.

С точки зрения ньяя-вшшешики мокша, называемая также «апаварга», представляет собой отказ от каких бы то ни было свойств или характеристик опыта; душа при этом освобождается от всяких уз, связывающих ее с телом, т. е. от любых ощущений и переживаний. К мокше можно прийти через постижение сущности категорий и следование этическим нормам, вместе с тем мокша здесь отнюдь не означает полного разрушения индивидуального «Я». Дня пурва-мимаясы мокша — это «высшее благо» (нихшреяса), обычно отождествляемое с достижением «неба» (сварга); обретение такого блага зависит от неуклонного следования предписаниям Вед (видхи), более того, движение к мокше уже заранее определено внутренней энергией становления (бхавана), проявляющейся в императивных командах ведического откровения. В учении санкхьи мокша понимается как разделение сознания (см. Пуруша) и первоматерии (см. Пракрита); это возвращение Атмана, или Пуруши, в свое изначальное чистое (кайвалья) состояние, когда он перестает ложно отождествлять себя с образованиями Пракрити, вт. ч. и с эмоционально-психическими особенностями личности.

Наиболее последовательно трактует мокшу в духе учения Упанишад адвайта-веданта Шанкары. Мокша здесь — это реализация истинной сущности Атмана, иначе говоря, внезапное постижение адептом абсолютного тождества Атмана и высшего Брахмана. Подобно пурва-мимансе, адвайта также считает опору на Веды принципиально важной для освобождения, однако в учении Шанкары акцент смещается с непреложных команд и ритуальных предписаний на т. н. «великие речения» (маха-вакья): «Ты еси То» (Брихадаранъяка-уп. III.9; Чхандогья-уп. VI.8.7), «Этот Атман есть Брахман» (Брихадараньяка-уп., 2.5.19) идр.; эти речения лишены прагматической ценности, они никуда не ведут и никого не воспитывают, они лишь помогают сменить угол зрения, подводя адепта к моменту, когда для него окажется возможным внезапный переворот и прорыв к истинной реальности. С точки зрения адвайты накопление «благой заслуги» (пунья) — это всего лишь предварительное условие, необходимое, но отнюдь не достаточное для достижения мокши. Тот, кто платит аскезой, благочестием или любовью, получает всего лишь «благую долю» (бхага) в новом рождении, это не более чем способ ориентации в мире кармы, не выводящий за ее пределы. По словам Шанкары, «все эти обряды и средства, ношение священного шнура и тому подобное, полностью отделены от постижения единства с высшим Атманом» («Упадеша-сахасри», 1.30). Если в вшишита-адвайте Рамануджи душа постепенно продвигается к освобождению, накапливая знания, опираясь на собственные благие поступки и помыслы, а также на любовь и помощь персонифицированного Бога-творца Ишвары, то в адвайте любые вспомогательные средства оказываются недостаточными и ущербными, ничем не помогая адепту в достижении мокши. Потому-то, с точки зрения Рамануджи, даже после выхода из сансарного круга перерождений душа преображается, но сохраняет свою индивидуальность — своего рода сжатую историю своих прежних рождений, между тем как для Шанкары мокша, тождественная высшему Брахману, абсолютно противопоставлена эмпирическому миру, а реализация освобождения предполагает снятие индивидуальных особенностей личности. Мокша в адвайте определяется лишь апофатически, через снятие всех свойств и характеристик; она «не-двойственна» (адвайта) и «лишена качеств» (ниргуна). Вместе с тем, в отличие от буддийской нирваны, обретение мокши в адвайте — это «достижение уже достигнутого» (праптасья прапти), иными словами, освобождение не просто задано как «цель человека» (пурушартха), к которой следует стремиться; мокша, тождественная высшему Брахману и чистому Атману, «пред-шествует» эмпирическому миру и предполагает его. В отличие от относительной реальности вселенной, освобождение реально абсолютно, и потому оно существует до и помимо всей иллюзорной игры творения (см. Лила, Майя).

Несмотря на крайний радикализм санкхьи и особенно адвайта-веданты в их подходе к мокше, именно эти два учения разделяют идею, касающуюся практической реализации освобождения. В отличие от прочих ортодоксальных школ индийской философии, они допускают возможность т. н. освобождения при жизни (дживанмукти). Согласно этому представлению, мокша отменяет действие всей кармы, связывающей данного индивида, за исключением той, что уже начала «приносить плод» (прарабдха-карма), иначе говоря, той кармы, инерция которой уже действует. В этом случае адепт, достигший освобождения, сохраняет свое тело вплоть до естественной смерти, вместе с тем уже не чувствуя себя связанным этим телом. На этой стадии атман уже осознает себя как сакшин, т. е. внутренний свидетель актов восприятия и действия, отличающий себя от соответствующих ментальных функций. Ему больше не приходится заботиться о сообразовании своего поведения с моральными и религиозными нормами: те не имеют над ним никакой власти, но теперь чистота и благо сопровождают его без каких-либо специальных усилий. Прочие ортодоксальные школы полагали, что полное освобождение возможно лишь при «сбрасывании тела» после смерти (концепция видеха-мукти — освобождение без тела).

Лит.: PanikkarR. The Vedic Experience. Poona, 1958; Ramachanclra Rao S. K. Jivanmukti in Advaita. Candinagar, 1979; Oberhammer G. La Delivrance, des cette vie (jivanmukii). P., 1994.

МОКША (санскр. mokṣa, от глагольного корня «тис» – оставлять, покидать, освобождаться, через дезидератив «мокш» – желать освобождения) – в индийской религиозно-философской традиции – окончательное освобождение от сансары [САНСАРА],т.е. дурной бесконечности все новых и новых рождений. Мокша как одна из четырех целей человеческой жизни (см. Пурушартха [ПУРУШАРТХА])превосходит три остальные (артху, или материальное благополучие, каму, т.е. чувственные радости, и дхарму, или морально-религиозный закон) и тем самым отменяет их; она предполагает выход из-под власти кармы. Представление о мокше сложилось уже в Упанишадах, а затем было окончательно оформлено в философских даршанах.

Читать еще:  Тугояковка - место для рыбака

С точки зрения ньяя-вайшешики [НЬЯЯ-ВАЙШЕШИКА]мокша, называемая также «апаварга», представляет собой отказ от каких бы то ни было свойств или характеристик опыта; душа при этом освобождается от всяких уз, связывающих ее с телом, т.е. от любых ощущений и переживаний. К мокше можно прийти через постижение сущности категорий и следование этическим нормам, вместе с тем мокша здесь отнюдь не означает полного разрушения индивидуального «Я». Для пурва-мимансы [ПУРВА-МИМАНСА]мокша – это «высшее благо» (нихшреяса), обычно отождествляемое с достижением «неба» (сварга); обретение такого блага зависит от неуклонного следования предписаниям Вед (видхи), более того, движение к мокше уже заранее определено внутренней энергией становления (бхавана), проявляющейся в императивных командах ведического откровения. В учении санкхьи [САНКХЬЯ]мокша понимается как разделение сознания (см. Пуруша [ПУРУША])и первоматерии (см. Пракрити [ПРАКРИТИ]);это возвращение Аммана,или Пуруши, в свое изначальное чистое (кайвалья) состояние, когда он перестает ложно отождествлять себя с образованиями Пракрити, в т.ч. и с эмоционально-психическими особенностями личности.

Наиболее последовательно трактует мокшу в духе учения Упанишад адвайта-веданта Шанкары,Мокша здесь – это реализация истинной сущности Атмана, иначе говоря, внезапное постижение адептом абсолютного тождества Атмана и высшего Брахмана. Подобно пурва-мимансе, адвайта также считает опору на Веды принципиально важной для освобождения, однако в учении Шанкары акцент смещается с непреложных команд и ритуальных предписаний на т.н. «великие речения» (маха-вакья): «Ты еси То» (Брихадараньяка-уп. III.9; Чхандогья-уп. VI.8.7), «Этот Атман есть Брахман» (Брихадараньяка-уп.,2.5.19) и др.; эти речения лишены прагматической ценности, они никуда не ведут и никого не воспитывают, они лишь помогают сменить угол зрения, подводя адепта к моменту, когда для него окажется возможным внезапный переворот и прорыв к истинной реальности. С точки зрения адвайты накопление «благой заслуги» (пунья) – это всего лишь предварительное условие, необходимое, но отнюдь не достаточное для достижения мокши. Тот, кто платит аскезой, благочестием или любовью, получает всего лишь «благую долю» (бхага) в новом рождении, это не более чем способ ориентации в мире кармы, не выводящий за ее пределы. По словам Шанкары, «все эти обряды и средства, ношение священного шнура и тому подобное, полностью отделены от постижения единства с высшим Атманом» («Упадеша-сахасри», 1.30). Если в вишишта-адвайте Рамануджи душа постепенно продвигается к освобождению, накапливая знания, опираясь на собственные благие поступки и помыслы, а также на любовь и помощь персонифицированного Бога-творца Ишвары [ИШВАРА],то в адвайте любые вспомогательные средства оказываются недостаточными и ущербными, ничем не помогая адепту в достижении мокши. Потому-то, с точки зрения Рамануджи, даже после выхода из сансарного круга перерождений душа преображается, но сохраняет свою индивидуальность – своего рода сжатую историю своих прежних рождений, между тем как для Шанкары мокша, тождественная высшему Брахману, абсолютно противопоставлена эмпирическому миру, а реализация освобождения предполагает снятие индивидуальных особенностей личности. Мокша в адвайте определяется лишь апофатически, через снятие всех свойств и характеристик; она «не-двойственна» (адвайта) и «лишена качеств» (ниргуна). Вместе с тем, в отличие от буддийской нирваны [НИРВАНА],обретение мокши в адвайте – это «достижение уже достигнутого» (праптасья прапти), иными словами, освобождение не просто задано как «цель человека» (пурушартха), к которой следует стремиться; мокша, тождественная высшему Брахману и чистому Атману, «пред-шествует» эмпирическому миру и предполагает его. В отличие от относительной реальности вселенной, освобождение реально абсолютно, и потому оно существует до и помимо всей иллюзорной игры творения (см. Лила [ЛИЛА], Майя [МАЙЯ]).

Несмотря на крайний радикализм санкхьи и особенно адвайта-веданты в их подходе к мокше, именно эти два учения разделяют идею, касающуюся практической реализации освобождения. В отличие от прочих ортодоксальных школ индийской философии, они допускают возможность т.н. освобождения при жизни (дживанмукти). Согласно этому представлению, мокша отменяет действие всей кармы, связывающей данного индивида, за исключением той, что уже начала «приносить плод» (прарабдха-карма), иначе говоря, той кармы, инерция которой уже действует. В этом случае адепт, достигший освобождения, сохраняет свое тело вплоть до естественной смерти, вместе с тем уже не чувствуя себя связанным этим телом. На этой стадии атман уже осознает себя как сакшин, т.е. внутренний свидетель актов восприятия и действия, отличающий себя от соответствующих ментальных функций. Ему больше не приходится заботиться о сообразовании своего поведения с моральными и религиозными нормами: те не имеют над ним никакой власти, но теперь чистота и благо сопровождают его без каких-либо специальных усилий. Прочие ортодоксальные школы полагали, что полное освобождение возможно лишь при «сбрасывании тела» после смерти (концепция видеха-мукти – освобождение без тела).

Литература:

1. Panikkar R. The Vedic Experience. Poona, 1958;

2. Ramachandra Rao S.K. Jīvanmukti in Advaita. Candinagar, 1979;

3. Oberhammer G. La Delivrance, des cette vie (jīvanmukti). P., 1994.

МОКША (санскр. – «освобождение», «избавление»), основное понятие индийской сотериологии, означающее высшую из целей человеческого существования (пурушартха), избавление индивида от всех страданий (духкха), серии безначальных перевоплощений (сансара) и механизмов «закона кармы», включая не только «вызревшие» и «вызревающие» семена прошлых действий, но и потенции их «плодоношения».

Брахманизм и индуизм.

Впервые понятие мокши (в виде глаголов, производных от корня «муч» и синонимических терминов «мукти», «атимукти», «вимукти», «атимокша» и т.д.) намечено в ранних Упанишадах. В Брихадараньке речь идет об освобождении от власти смерти, а также временнх условий бытия, в Чхандогье – об избавлении от неведения с помощью наставника – таким же образом, как потерявший дорогу обретает ее с помощью того, кто эту дорогу знает. Тайттирия описывает состояние того, кто постиг «блаженство Брахмана»: его тогда уже не мучают мысли: «Почему я не совершил добро?», «Почему я совершил зло?». В Катхе прямо говорится о тех, кто не возвращается в мир сансары: они должны обладать способностью распознавания, рассудительностью и «чистотой»; необходимым признаком «освобожденного» является способность управлять «городом» своего тела. Мундака-упанишада сообщает, что «освобождаются» аскеты, постигшие мудрость веданты (подразумеваются эзотерические наставления риши об Атмане и Брахмане) и очистившие себя отречением от всего. В Шветашватаре божественное начало мира называется причиной и закабаления, и сансары, и «устойчивости» мира, и «освобождения». Согласно Майтри-упанишаде, достигнув Атмана посредством разумения, человек уже не возвращается в мир сансары; использование психотехнических упражнений йоги (надавливание кончиком языка на нёбо, сдерживание речи, мысли и дыхания, созерцание Брахмана) ведет к экстатическому самозабвению, и эта «лишенность собственного существа» является знаком мокши. «Освобожденный» взирает на круговорот жизни как на вращающееся колесо повозки; мокша наступает с устранением человеческих решений, а также всех представлений (типа «это – мое»), коренящихся в индивидуальном самосознании, которые связывают его, как тенета птицу; условием «освобождения» является прежде всего победа над мыслью, которую следует направлять к Брахману, отрывая от предметов этого мира. В успокоенном состоянии такая мысль уничтожает плоды как злых, так и добрых дел, а все остальное, кроме знания и «освобождения», – распростершиеся узы. В тех же поздних Упанишадах становится популярным понятие «кайвалья», означающее «обособление», «изоляцию», в котором акцентируется во всей полноте «отрицательное» ядро «освобождения». Термин произведен от интерпретации Атмана как по своей сущности «изолированного» (кевала, кевалин – «одинокий», «уединенный») и от внешнего мира, и от психо-физического агрегата индивида. Поэтому тот, кто, согласно Майтри, достиг вершины экстатического состояния в непричастности как радости, так и страданию, достигает и «изолированности» (кевалатва). Кайвалья-упанишада посвящена достижению истинного знания, завершающегося осознанием единства адепта с Брахманом через уединение как «отречение».

Читать еще:  Голец по-восточному - рыбные рецепты

На этой стадии индуистское понимание мокши можно считать уже вполне сформированным, и дидактические тексты Махабхараты вносят лишь дополнительные штрихи. Единственное существенное добавление в Бхагавадгите – это учение о трех равноправных путях достижения высшей человеческой цели: можно избрать, исходя из личных склонностей, метод совершения «чистого действия» без привязанности к его «плодам» (кармамарга), трудоемкий путь познания Брахмана (джнянамарга) и, наконец, полное предание себя Кришне через безусловную «преданность» ему (бхактимарга). Последний метод рекомендуется как наиболее эффективный: «Те, кто подвизается в освобождении от старости и смерти, опираясь на меня [т.е. Кришну], полностью познают Брахмана, Атмана и действие». Нормативный набор признаков того, кто уверенно продвигается к мокше и «разрешает узы», предлагает эпическая Анугита. Этот подвижник держится одного пути, молчалив и замкнут, дружествен ко всем живым существам, изживает аффекты страха, гордости, гнева, равнодушен к счастью и несчастью, а наряду с этим также к добру и злу, лишен приязни и неприязни, погасил все желания, одиноко странствует и размышляет о непостижимом абсолютном начале мира.

Термин, соответствующий мокше, «вимутти», был популярен в палийской литературе. В дидактических стихах Сутта-нипаты задается риторический вопрос: чем может быть истинная свобода, кроме избавления от чувственных желаний, стремлений и сомнений? Отбросивший три корневых аффекта – вожделения, ненависти и заблуждения – и преодолевающий все узы земного существования должен странствовать одиноко подобно носорогу, стремясь подражать рыбе, избавившейся от сети, или огню, уже не возвращающемуся к сожженному им топливу. Освободиться – значит разрубить 10 «узлов» (ср. бандха) и пройти четыре стадии: 1) преодолевающего поток сансары, 2) возвращающегося в сансару лишь один раз, 3) не возвращающегося никогда, 4) совершенного-архата. «Освобождение» завершает ряд основных буддийских достижений, следуя в их списке непосредственно за нравственным поведением (шила), медитативным сосредоточением и «мудростью». Наряду с чисто индивидуалистической трактовкой мокши в «ортодоксальном» буддизме обнаруживается и более альтруистическая: например, говорится об освобождении сердца посредством любви к живым существам. Некоторые тексты позволяют считать, что буддийская нирвана мыслилась как высшая стадия рассматриваемого «освобождения». Вместе с тем нирвана интерпретировалась и как более широкое понятие, включающее, наряду с «чистотой» и истинным знанием, «освобождение».

Философские школы.

Несмотря на принципиальное единство в понимании основных характеристик «освобождения», индийские философы существенно расходились в интерпретации многих конкретных аспектов природы мокши, стадий ее достижения, стратегии ее реализации.

Большинство философских школ склонялись к ее пониманию как радикального прекращения эмоциональности, полагая, что любая эмоциональность чревата возвращением в сансарное состояние. Такова позиция школ классического буддизма, вайшешики, отчасти ньяи, санкхьи, йоги, мимансы. Этому учению противостояли трактовки некоторых вишнуитских и шиваитских школ (так, пашупаты считали, что в «освобождении» достигается обладание совершенствами Шивы) и более всего адвайта-ведантистов, у которых мокша понимается как осознание индивидом своего тождества с Абсолютом, который есть блаженство (ананда). Между сторонниками этих двух основных воззрений велись упорные дискуссии, нашедшие отражение во многих средневековых философских памятниках.

На вопрос о том, сохраняется ли в «освобождении» индивидуальное сознание, санкхьяики, йогины, вайшешики, а также адвайта-ведантисты отвечали отрицательно, хотя и по разным основаниям. Ведантисты, в частности, настаивали на том, что мокша есть слияние индивида с Абсолютом подобно тому, как пространство, занимаемое горшком, по образному сравнению Шанкары (7–8 вв.), сливается с пространством комнаты после того, как он разбит. Напротив, вишнуитские и шиваитские течения положительно рассматривали возможность понимания мокши как особого соприсутствия «освобожденных» душ и Божества (без их слияния), а также джайны, у которых каждая «освобожденная» душа восстанавливает изначально присущие ей качества всеведения и могущества.

По вопросу о том, можно ли надеяться на полное «освобождение» еще при жизни, были выдвинуты три основные точки зрения. Большинство наяиков и вайшешиков, в том числе Ватсьяяна (4–5 вв.) и Прашастапада (6 в.), полагали, что освобождение наступает лишь с разрушением телесной оболочки того, кто достиг истинного знания. Однако Уддьотакара (7 в.), составитель комментария к Ньяя-сутрам, и санкхьяики различали первое освобождение и второе: предварительное освобождение осуществимо в последнем воплощении того, кто достиг знания, окончательное – уже после его физической смерти (Уддьотакара считал, что на первой стадии «плоды» накопленной в прошлом кармы еще не исчерпаны). Ведантисты наиболее последовательно отстаивали идеал «освобождения при жизни» (дживанмукти): простое наличие тела как остаточного плода кармических семян не препятствует «освобождению» носителя этой «пустой оболочки». По приписываемой Шанкаре Атмабодхе, мокша наступает уже тогда, когда «знающий» ощущает блаженство Атмана и свою непричастность телу и прочим «ограничительным факторам», а в Вивекачудамани утверждается, что для этого достаточно полностью устраниться от всего преходящего, медитируя над ведантийскими текстами.

Три позиции выявились и в спорах о том, каковы соотносительные «пропорции» выполнения обрядовых предписаний и дисциплины познания в качестве средств достижения мокши. К джайнам и буддистам, отрицавшим брахманистскую обрядовую практику, фактически присоединились также санкхьяики и йогины, которые видели в следовании этим предписаниям условия не столько «освобождения», сколько, напротив, «закабаления» в мире сансарности. Шанкара, Мандана Мишра, Сурешвара и другие ранние ведантисты занимали промежуточную позицию: «освобождает» только знание, но правильное выполнение обрядовых предписаний «очищает» адепта для мокши на предварительных стадиях его продвижения к ней. Мимансаки как идеологи ритуализма, а также некоторые наяики в большей мере настаивали на необходимости и «пути действия».

Расхождения были связаны и с тем, достаточно ли для достижения мокши собственных усилий адепта или для этого требуется помошь извне. Полное «самоосвобождение» отстаивали джайны, «ортодоксальные» буддисты, санкхьяики и мимансаки. Школы буддизма махаяны, йогины, вишнуитские и шиваитские школы, представители «теистической веданты» (школы Рамануджи, Мадхвы, Валлабхи, Чайтаньи), а также и некоторые наяики (Бхасарваджня и его последователи) в разной мере принимали необходимость поддержки со стороны пантеона.

Наконец, имелись два ответа на вопрос о том, можно ли вообще «заработать» мокшу, приложив какие-либо усилия. Ведантисты, в отличие от мимансаков, считавших, что «освобождение» зарабатывается, помимо знания, точным исполнением священных предписаний, считали, не отвергая предписанных действий, что оно достигается совершенно спонтанно через обнаружение ее вечно-присутствия.

Источники:

http://terme.ru/termin/moksha.html
http://gufo.me/dict/philosophy_encyclopedia/%D0%9C%D0%9E%D0%9A%D0%A8%D0%90
http://www.krugosvet.ru/enc/kultura_i_obrazovanie/religiya/MOKSHA.html

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector